August 7th, 2005

шарф

Конкуренция Венере

В Лувре, как и в Париже, полно русских - то и дело слышится русская речь. Запомнились двое. Один - слонообразный, грузинистого вида, ростом под метр девяносто, но с огромным каким-то лубочным животом, просторными щеками и волосатыми, по грузинскому обычаю, плечами и спиной - очень похох на Карабаса Барабаса из известного фильма или мультяшных буржуинчиков из Машьчиша-Кибальчиша. И вот представьте: вся эта горообразная плоть была одета в трусы и майку и так и ходила по Лувру, а точнее - перемещалась с невероятным шумом - пыхтя и сопя от напряжения. Впервые я его увидел на остановке в Бельгии, он ехал с другой русской экскурсией из Германии,и я обратил внимание на его экзотическую фигуру и на то, что при этом у него довольно привлекательная жена. А вот теперь обнаружил в Лувре возле Венеры Милосской, - в одном из обычных мест столпотворения туристов в Лувре: стоял, привалившись к стеночке, на лице пот, в глазах отчаянная грусть, резинка от трусов на полтора метра от позвоночника. Бедный, как ему должно быть тяжелы были эти прогулки, у меня самого-то при всей спортивности и тренировках к обеду от этого утрамбовывания достопримечательностей в глазах все плыло и качалось.
Мужик этот стоял, подперев стену ровно напротив Венеры, примерно со стороны венериной задницы, где было попросторней от народу и, надо сказать, составлял вполне успешную конкуренцию и Венере и ее заднице, оттягивая на себя массовое внимание туристов. Думаю, ежели бы его поставить в отдельный зал на постамент и по всем Лувру развешать указатели, то он собрал бы туристов в целом не меньше. Чудесное произведение русско-грузинской природы...

Второй примечательный русский был тоже в майке и трусах (сговорились что ли!), хотя погода была в тот день вовсе не жаркая. Я бы в нем русского не признал, как раз благодаря майке, уж больно экстравагантной - в такую мелкую дырочку, в сеточку. Уж не знаю кто мог бы так одеться? Какой-нибудь сорвавшийся с катушек финн или швед, которым все кажется жарко, после ночной пьянки в гостинице... Или очумевший америкос, которому весь мир - пустыня Невада. Или гомик на лавпараде... Русский же, ежели и наденет такую страдальческую майку, назначение которой торчать из под пижамы на даче, то лишь из-за того, что думает, что так поступают настоящие европейцы.
Впечатление усиливалось еще и тем, что этот мужик не был ни молод (за 50), ни хорош собой и даже пузат, хоть и в меру - примерно в треть грузинкого живота. Но тоска в глазах была такая же - стоял, щурился в окно на площадь, на картины даже и не смотрел. Услышал русскую речь, - мы с сыном разговаривали, ориентируясь по карте Лувра, подошел заговорил с нами, чтоб только заняться чем-то:
- НУ, куда тут идти-то дальше?
- А вам куда надо?
- Да-а - куда нибудь... - махнул рукой. - А вы уже у этой, как ее, черт... ну, у мадонны-то этой были?

Чувствую, можно сказать задом, что он хочет сказать - у Моны Лизы, отвечаю:

- Уже были.
- А где она хоть висит (весь Лувр, включая туалет, обвешан указателями к Моне Лизе)? Может и нам сходить?
- Сходите конечно...

Ориентируем его с женой по карте, показываем куда и как идти, где висит "эта мадонна". Мы находимся в противоположном крыле необозримого Лувра и идти нужно довольно долго. Поняв это, он грустно машет рукой - да ну ее!