Алексей (alex_kozl) wrote,
Алексей
alex_kozl

Categories:

Прродали рроддину, паггубили аррмию... (история фотографии)

Что-то все соратники постят в ретроспективу старинные фото. Запощу-ка и я - вот это важное семейное фото. Это зима 83-го, а это мы с младшим братом в Семипалатинске. Я вернулся осенью из Афгана и сразу загремел в госпиталь с тифом – пара месяцев ушло на победу над заразой, и вот только в декабре осуществил запланированное - поехал навестить брата, перед тем как отбыть к новому месту службы – в Псковскую десантную дивизию. Брат служил срочную в Семипалатинске.

Мороз был суровый, я-то в жарких странах отвык, едва добежал от аэропорта до автобуса в своих хромовых сапожках, пальцы ног онемели. Явился в комендатуру, так, мол, и так - хочу брата, чего уж проще, - думалось мне. Ан, нет, оказалось, что нет ничего сложнее. Брат служил на ядрёном полигоне, я-то купился на слово Семипалатинск, а там было еще каких-то три цифры при городе, щас не помню. Оказалось, что это километров 350 от самого Семипалатинска, где-то в степи (ну, где бомбы взрывают). В комендатуре сказали, что информацию обо мне в часть передадут, но шансов нет: вас туда не пустят, а его не повезут за 350 км на встречу с родственником, не навозишься, служить будет некому.



Read more...Collapse )
Я поселился в ветхой офицерской гостинице, где полы проваливались, а дырка в окне была заткнута подушкой и стал ждать без надежды - должны были позвонить из комендатуры. На койке рядом валялся какой-то пьяный, потертый капитан. Продрав глаза, он тоже сказал: зря приперся, не отпустят, давай лучше выпьем и вали назад. Мы выпили, и я завалился на свою койку, предварительно сунув в оконную дырку вторую подушку, а на одеяло натянул еще и свою парадную шинель, в комнате было холодно.

Утром позвонили из комендатуры и сказали: пляши, лейтенант, его уже к тебе везут; видимо разрядка международной напряженности и до нас докатилась, мы такого не помним, чтоб оттуда на свиданку привозили. А проснувшийся капитан прорычал: «Эээх, прродали рродину, рразвалили армию вояки хреновы... наливай!» Капитан служил в этих степях уже лет 15 лет и ничего хорошего от жизни больше не ожидал. Пить я не стал, а пошел встречать брата.

Надо сказать, что Семипалатинск 83-го года был абсолютно голодным городом, что ели аборигены - совершенно не понятно. В магазинах были спички, соль, хреновые рыбные консервы и, слава Богу, водка. Накануне, надеясь поесть, я зашел в заведение под названием «Пельменная», оно было абсолютно пустым, даже хлеба не было... Сказали, что завтра как раз будет завоз пельменей, приходите пораньше... У меня, конечно, с собой была кое-какая еда, матушка достала-собрала разных дефицитных колбас, но это предназначалась брату, нужно было сохранить. Наутро перед встречей, помня о завозе, я зашел в пельменную, есть хотелось еще со вчерашнего дня, у капитана водка была, а жратвы не было совсем, кроме банки консервированной кильки, половиной которой он со мной по-братски поделился, причем без хлеба. Я и не завтракал, поскольку не знал, где здесь завтракают... К удивлению, расчеты поесть не оправдались даже в день завоза, в пельменную стояла длинная очередь, которую с голодухи можно было бы и отстоять, да только в пельменной никто пельменей варить даже и не собирался. Их отпускали на вынос по две пачки на рыло. Я помялся — где я их буду варить? Но альтернативы никто не предлагал, и я встал в эту очередь: «Хрен с ними, - подумал я, - попробую сварить в банке, у капитана, вроде, кипятильник был... А ежели что и сырые съедим, не привыкать, не с голоду же дохнуть...»

И вот я с двумя пачками пельменей, завернутых в газету и аккуратно перевязанных ниткой, чтоб сверток не растрепался, - а нитка-то с иголкой у честного воина всегда при себе - в шапке за отворотом (со свертком офицеру можно, а с пакетом или сеткой нельзя), встречаю брата у комендатуры. Он вылез из военной машины, но оказался не один, а с молодым офицером — тоже старшим лейтенантом. Это был замполит роты, одного его не отпустили, должны же были убедиться, что он ехал на встречу с героическим братом, вернувшимся из Афгана, а не с деффькими куролесить. Кстати, это обстоятельство и помогло нам встретиться. Брат мой, конечно, не скрывал, что его старший брат служит в Афгане, в десанте, фотографии мои у него были, как и его у меня, он их, наверное, показывал, - в подразделении об этом знали, знал даже и командир части, неизвестный мне подполковник... Дальше сыграла роль просто-напросто военная солидарность. Подполковник понимал, что мы можем еще долго не встретиться, брату служить еще год, да мы и не виделись уже больше двух лет — мой Афган, а потом мне еще ехать к новому месту службы тоже далеко, - ему будет не добраться туда сразу; да, наверное, он и оценил этот мой простодушный залет к брату повидаться через полстраны (он же еще и денег стоил немелких!). Он вызвал брата к себе и сказал: «Я не могу тебя отпустить, ефрейтор. Но и не отпустить не могу в таких обстоятельствах, езжай, двое суток отпуска, привет брату-десантнику».

Вот так мы встретились... Эх, спасибо, товарищ подполковник - через много лет говорю... хоть и фамилии не помню, надо у брата спросить, он-то помнит...

А как замечательно мы провели эти уже только полтора оставшиеся дня, – одни из самых счастливых в моей жизни! Замполит нам не помешал, он оказался отличным, неглупым парнем. Мы сразу же нашли где-то чай и наелись консервов с чаем, у замполита был дипломат, а у брата вещмешок с сухпайком (ротный выдал, все об нас заботились). Вот сухпай и пожевали в виде завтрака, да у замполита оказался в дипломате еще кусок колбасы. Я похвалился пельменями, но их решили сберечь до вечера, положили брату в вещмешок. А потом мы отправились гулять по городу, "осматривать достопримечательности", которых там и не было - и это в мороз около 15-20. Мы проболтались по городу целый день, разговаривали о службе, об Афгане, об ихнем полигоне (замполит следил, чтоб брат военную тайну мне не выдал), а потом мы пошли в музей Достоевского и очень внимательно его осмотрели (там было тепло), Достоевский, как известно, тоже там служил, а не только брат с замполитом... Последний вполне обоснованно предположил, что Достоевский здесь мог служить только замполитом, а кем же еще? Мой афганский комбат капитан Денисов тоже считал всех, кто может выговорить больше двух фраз за один раз и пишет длинные письма, замполитами. Так что Достоевский был бы и в его представлении отъявленный замполит.

Потом пошли в гостиницу (чтоб представить — это был переоборудованный подвал в пятиэтажке - «офицерская гостиница», пока дошли до комнаты у меня сапог два раза сквозь пол провалился) и там наварили в трехлитровой банке пельменей. А я еще пару часов вычерчивал брату программу силовых тренировок, и еще я ему, помню, привез кое-какие книги по истории, брат собирался поступать после армии в институт. Потом, наконец, откупорили водку... Момент был деликатный – брат не мог пить со своим командиром, все это понимали, особенно неудобно было замполиту... Тогда я сделал такой этикетный выпад, попросил разрешения у замполита, чтоб брат немного выпил - "в виде исключения"... Ну, замполит, который тоже все понимал, очень обрадовался этой церемонии и сказал и важно, и добродушно одновременно: «Ну, если только немножко... и в виде исключения». Так что все церемонии были соблюдены, пельменей было целых две пачки, а еще и килька в томатном соусе и тушенка, и пайковые галеты... Ну, выпили мы, конечно, не немножко... У нас была еще одна бутылочка, а потом еще и капитан подошел, у него водка вообще всегда была при себе... Капитан, кстати, очень обрадовался компании, а то пьешь, понимаешь, только с килькой, с ней чокаешься, ей же и закусываешь... Замполит еще пел под раздолбанную капитанскую гитару, читал стихи (талантливый парень), а капитан все мотал головой и приговаривал «прродали рродину, пагггубили аррмию», а потом добавлял, глядя на мои награды мутными глазами – «но не вы, не вы».

А наутро у нас еще было почти полдня разговоров и прогулок, а потом они с замполитом сели в машину и уехали на свой полигон. С братом мы в следующий раз увиделись только года через два. Вот перед посадкой замполит нас и сфотографировал на свой фотик, потом выслал. Так что это одна из самых важных наших семейных фотографий. А все это надо было как-то, наконец, записать/рассказать...
Tags: Армия, Брат, Фото
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 51 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →